Велижский район Интервью Общество

О представителях победителей газета «Велижская новь» рассказывает постоянно. Знакомиться, разговаривать и писать о таких людях всегда волнительно трепетно, ведь они, люди непростой судьбы, пережившие войну, голод, разруху, живут здесь, рядом с нами. Этот материал посвящен Евгении Васильевне Белеонковой, женщине, перешагнувшей 90-летний рубеж своей жизни, в которой отразилась судьба целого поколения, рожденного до войны и ныне уходящего.

Меня встретила Валентина Алексеевна, старшая дочь хозяйки дома, которая провела в уютную гостиную, где нас ждала Евгения Васильевна. Эта не по годам подвижная, миловидная женщина, с приятной, располагающей и в то же время стеснительной улыбкой, приветливо предложила устроиться поудобнее.

– Евгения Васильевна, в этом году Вы отметили 91-й год своего рождения. С высоты прожитых лет, с накопленным жизненным опытом Вам есть что рассказать. Поделитесь, пожалуйста, своими воспоминаниями с читателями газеты «Велижская новь».

– Родилась я 10 августа 1927 года в деревне Маковье Усмынского района Псковской области, – неторопливо стала рассказывать Евгения Васильевна. – Родители считались сельской интеллигенцией: отец – учитель, мама работала бухгалтером в колхозе. Семья наша была многодетной – четверо детей, я была вторая по старшинству. Детство у меня было очень тяжелое. Родители, чтобы прокормить шесть ртов, держали большое хозяйство, потому что в колхозе никакой зарплаты не было. В конце года маме выдавали по 200 граммов зерна за каждый трудодень. Зарплату получал только отец. Мама, будучи хорошей портнихой, придя из конторы уставшая, шила по ночам не только платья, но и шубы. Мы, дети, по мере своих сил и возможностей помогали справляться по хозяйству – заготавливали дрова, ухаживали за коровой, поросятами и пр.

В первый класс пошла в начальную школу, которая находилась в деревне. Три года, начиная с пятого класса, приходилось ходить в 8-летнюю школу, расположенную за 5 километров. Ежедневно, при любой погоде, по бездорожью, с холщовой сумкой за спиной мы спешили в школу.

– Вы из поколения «детей войны». Как Вы жили с семьей в военное и послевоенное время?

– О том, что началась война, я узнала от своей закадычной подружки. Папу забрали в действующую армию. Старшую сестру к себе забрала тетя. Немцы занимали город за городом. Через две недели после объявления войны узнаем, что немцы в Усвятах, а это в 25-30 километрах от нас… Ой, они уже в деревне Церковище – 15 километров! Уже в деревне Адомово – 7 километров! Фашисты рвались к Великим Лукам. Обходами, деревнями нескончаемым потоком шли моторизованные колонны. С самолетов обстреливали мирных жителей. Мама собрала все необходимое в узелки, и мы были готовы в любой момент покинуть родной кров. Дело к ночи. Мама одела меня и младшую сестру с братом потеплее, и мы пошли в ближний лес прятаться от немцев. Сидим в страхе, плачем… Мать успокаивает как может. Утром она пошла покормить скотину и разведать обстановку – есть ли в деревне фашисты. Вернувшись, сказала, что все спокойно и можно идти домой. На ночь снова уходили в лес. Так мы ходили несколько раз. Однажды днем немцы нас застали врасплох. Недалеко от деревни остановилась их воинская часть, и фашисты сразу начали рыскать по домам в поисках молока, яиц, сала. Облазив хлева, шкафы, погребы, забрав все, что им приглянулось, они расположились в лесочке. Такие набеги немцами делались периодически, и мы к ним привыкли. Через какое-то время в наш дом зашли два немца, один из них неплохо говорил по-русски. Оказывается, они приглядели дом для устройства в нем то ли столовой, то ли штаба, и маме приказали убираться из него вместе с нами.

С годами воспоминания тех лет притупились, но страх и тревога за своих близких не затихали с тех пор никогда. Еще осталось в памяти острое чувство голода. Еды не хватало. Ели лебеду, крапиву… Праздником была похлебка из горсти пшеницы, перемолотой в ручной мельнице. А еще была надежда, тайная, но неистребимая, что все будет хорошо!

А как сложилась Ваша дальнейшая судьба?

– В последний год войны я закончила 10-й класс в Усмыни. До сих пор в моей памяти сохранился момент, когда по радио голос Левитана объявил о капитуляции германских войск. После окончания средней школы моя задушевная подружка, которая уже училась в педагогическом училище на учителя начальных классов, предложила мне поступить тоже. В те годы профессия учителя была уважаемой и престижной, хотя, так же как и сейчас, была низкооплачиваемой. В намерении продолжить поколение педагогов отец меня поддержал. Хочу сразу оговориться, что, видя, как работает отец, какой он нервный приходит из школы, как подолгу сидит за проверкой тетрадей, у меня не было особого желания всю жизнь посвятить себя этой рутине. Но все-таки я поехала в училище, сдала вступительные экзамены и поступила на заочное отделение. А почему на заочное? Потому что после войны надо было помогать поднимать младших сестер и брата, и из колхоза просто так не отпускали. После поступления я обратилась в РОНО по вопросу трудоустройства, и с 25 августа 1947 года началась моя педагогическая деятельность в школе в деревне Высокое, что находилась за пять километров от дома. Придя в школу, я была приятно удивлена тем, что меня встретила моя первая учительница. Чтобы не бегать каждый день домой, сняла комнату в доме по соседству со школой. Через год меня ставят заведующим Высоковской начальной школы. Через два года в этой же должности переводят в Лисиченскую начальную школу.

Жили мы всегда бедно и скромно, т.к. маленькой зарплаты родителей едва хватало, чтобы купить самое необходимое на четверых детей. Уехав из дома, мне хотелось прилично и со вкусом одеться, что-то приобрести на будущее, поэтому я экономила и откладывала деньги. Про замужество и не думала, хотя поклонников было много.

– Евгения Васильевна, где и как Вы познакомились с будущим супругом?

– У меня в школе техничкой работала девушка, и она стала просить школу для проведения молодежной вечеринки. После долгих переговоров я согласилась, но контроль оставила за собой. Во время танцев ко мне подошел статный молодой человек, в котором по выправке и манере держаться угадывался человек флотский, представился: «Алексей». Так я познакомилась со своим будущим мужем, который пришел в отпуск к матери после четырех лет службы на флоте. Год мы переписывались. Отслужив 5 лет на флоте, он приехал с предложением руки и сердца, а я все еще сомневалась. Было нам в эту пору по 25 лет. Хозяйка – депутат здешнего сельсовета, боевая и мудрая женщина, напустилась на меня: «До каких пор ты будешь в девках сидеть? Ты что? Такого парня упускать!? Даже не думай, ты за ним – как за каменной стеной!» Когда Алексей пришел ко мне за окончательным ответом, я сказала, что мне надо посоветоваться с родителями. И мы решили идти за благословением к моим родителям в Усмынь. Было это зимой, а идти пришлось ни много ни мало двадцать километров. Шли пешком через замерзшие речки и озера, по заснеженным полям и перелескам. После знакомства с родителями назначили день свадьбы. Свадьбу сыграли в Велиже. Все было бы хорошо, но в те времена учителям запрещали одевать фату (могли уволить с работы). В 1951 году я поменяла девичью фамилию на фамилию мужа и стала Белеонковой.

– Расскажите, пожалуйста, как складывалась ваша семейная жизнь?

– Вскоре муж устроился на работу в Велиже, а через год, уволившись с предыдущего места работы, переехала и я. Пожив немного на съемной квартире, перешли жить к сестре. Мы уже ждали пополнения в семье. В 1953 году родилась дочь Валентина, а через одиннадцать лет на свет появились двойняшки. Привыкнув к хозяйству, мы обзавелись коровой, поросятами, курами, и я стала домохозяйкой до той поры, пока младшим сыну и дочери не исполнилось четыре года. Несмотря на большую занятость, все успевала. Видимо, сказывалось деревенское, наполненное трудом детство, да и мои природные активность и жизнелюбие. Семья увеличилась, мы с мужем начали строительство своего «гнездышка». Было очень тяжело (Алексей зарабатывал деньги один), но мы никогда не ссорились, друг к другу относились с уважением и пониманием. В любви и согласии прожили без малого 50 лет. За полгода до нашей золотой свадьбы мой любимый супруг ушел из жизни.

– Евгения Васильевна, Вы вернулись в школу?

– Нет. Достаточно было того, что в нашей семье уже был педагог – муж. Я же хотела больше времени уделять детям и семейному быту. Да и, видимо, любовь к шитью от мамы передалась и мне. В 1965-1966 гг. открыли Велижский Райпромкомбинат, и 12 января 1968 года я поступила на работу швеей-мотористкой. Быстро освоив эту специальность, я выполняла и перевыполняла производственный план. Честно говорю, что я шла на работу как на праздник. Этому производству и коллективу, ставшему мне родным, я отдала 15 лет и в 1992 году ушла из стен промкомбината на заслуженный отдых.

– Евгения Васильевна, как отмечались Ваши трудовые достижения?

– В советское время постоянно проводились различные соревнования, в которых принимали участие как коллективы, так и отдельные работники. За свой труд я неоднократно награждалась Благодарственными письмами, Почетными грамотами, денежными премиями, была удостоена звания «Ударник коммунистического труда». Мне как ветерану тыла были вручены юбилейные медали «60 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «65 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «70 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «75 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.».

– Евгения Васильевна, поделитесь секретом своего долголетия.

– Да какой там секрет?! Никакой формулы долголетия у меня нет. Мне кажется, надо по-доброму относиться к людям, не завидовать, не злиться, уметь прощать. Всю свою сознательную жизнь я трудилась, а труд – это самое важное. Я и сейчас копаюсь в огороде, сажаю цветы, очень уж я их люблю. Сейчас я радуюсь каждому цветочку и живу долго, наверное, потому, что чувствую, что я еще нужна. Нужна моим детям – Валентине, Виктору, Татьяне, моим внукам и правнукам.

Евгения Васильевна с мужем вырастили и воспитали замечательных детей, дали им достойное образование. «Родители сами никогда не сидели без дела и нас с детства приучали к труду, – говорит Валентина Алексеевна, старшая дочь. – Мы все разъехались по разным городам, но «где бы ни были мы, но по-прежнему неизменно уверены в том, что нас встретит с любовью и нежностью наша пристань – родительский дом». И хотим только одного – чтобы его добрый свет горел в окнах еще много, много, много лет. Это святое место для нас, детей, внуков и правнуков. К нашей маме с большим уважением относятся и соседи, при необходимости помогают ей».

Слушая рассказ Евгении Васильевны, я невольно ловила себя на мысли, что, несмотря на многие трудности, моя собеседница говорит о своей жизни радостно. Ее поколение трудилось много и тяжело, выстояло в войну, преодолело послевоенные годы борьбы за выживание. Но люди не жаловались. Они умели радоваться тому редкому и малому счастью, тому хорошему, что выпадало на их долю. Долгих лет жизни и крепкого здоровья Вам, Евгения Васильевна!


vnov